Промышленный Новоуральск: почему городу нужны новые заводы?

Новоуральск, когда-то мощный производственный центр, имевший на своей территории таких титанов, как АМУР и УЭХК, сегодня — один из центров экономической нестабильности, безработицы и маргинализации жителей. Способен ли бизнес повлиять на ситуацию — в нашем материале.

Долгое время особенностью социально-экономической ситуации в Новоуральске являлась доминирующая роль УЭХК в экономике города и существенный перекос на рынке труда в сторону комбината и бюджетной сферы. И до определенного момента структурные недостатки экономики города компенсировались бонусами, получаемыми городом как ЗАТО. Увы, сокращение бюджетных трансфертов (а это до 25% бюджета Новоуральска), банкротство автозавода и реструктуризация УЭХК сыграли свою роль.
Так, следствием одной только реструктуризации стало выведение на рынок целого ряда непрофильных предприятий, на которых было занято порядка 12% всего экономически активного населения (а это больше 6 тыс. человек). Объекты социальной инфраструктуры, ранее находившиеся в ведении УЭХК (затраты на их содержание составляли сотни миллионов рублей в год), тяжелым камнем упали на баланс города. Рынок труда Новоуральска оказался не способен принять людей, высвободившихся в процессе реструктуризации комбината и банкротства АМУРа, и предоставить им сходные условия. Вот тут и мог бы помочь частный бизнес. Однако ограничения, накладываемые до прошлого года на создание новых производств и инвестирование в уже существующие предприятия из-за закрытости города, были серьезным тормозом развития бизнеса в округе. Все это способствовало оттоку людей из города, на сегодняшний день на работу в Екатеринбург из Новоуральска ежедневно ездят больше 5000 человек. В то время как Екатеринбург, имеющий довольно гибкий рынок труда и способный поглощать значительное количество рабочей силы без ее переквалификации, не может принять всех желающих, а разница в размерах заработной платы давно не так велика.

С одной стороны, не все так плохо. В начале прошлого года Новоуральску был присвоен статус ТОСЭР. Территории опережающего развития за счёт особых условий и льгот призваны привлекать резидентов с инвестициями и новыми рабочими местами в города, экономика которых нуждается в серьезной диверсификации. Несмотря на текущую ситуацию и связанные с пандемией ограничения, видно, что такой инструмент, как ТОР, остаётся интересным для инвесторов — на сегодняшний день в Новоуральске зарегистрировано 6 резидентов.

С другой стороны, и здесь не все гладко, потому трудно говорить о каких-либо существенных изменениях в экономике города. Как показывает практика, даже если зарегистрированным предприятиям удастся, несмотря на сложную экономическую ситуацию, наладить производство, у части из них велик шанс столкнуться с протестными выступлениями — в том числе из-за неблагоприятной экологической ситуации в области.

Яркий пример — крупнейший потенциальный резидент компания «Силарус», которая с проектом строительства кремниевого завода пару лет назад подверглась серьёзным нападкам со стороны общественников и экологов.

Общественники и экологи на каждом углу кричали о том, что производство поликристаллического кремния – сырья для полупроводниковой промышленности –
может представлять опасность. Получаемые в процессе производства промежуточные химические соединения трихлорсилан (SiHCl3) и хлорид кремния (SiCl4) при попадании в окружающую среду могут навредить людям, животным и растениям, а воду сделать непригодной для питья. Эти доводы настораживали на фоне действительно удручающей ситуации с экологией на Урале.

Например, на территории Новоуральска наибольшее загрязнение почвы наблюдается по свинцу, меди, никелю и мышьяку. Основным техногенным источником загрязнения считается филиал ПСЦМ ОАО «Уралэлектромедь» (в народе — завод «Б» в Верх-Нейвинском). В некоторых местах поселка содержание свинца достигает нескольких граммов на килограмм при ПДК 32 мг на 1 кг почвы. Также территория загрязнена в районе Белоречки, рядом с которой до середины ХХ века шла добыча серных руд.

В связи с получением Новоуральском статуса ТОСЭР тема строительства кремниевого завода вновь набирает обороты. Я попробовала выяснить, насколько обоснованны аргументы против строительства современного производственного предприятия. Контакты ООО «Силарус» привели меня в информационный центр компании, где были предоставлены ответы на волнующие жителей вопросы.

Первое, на что обратили мое внимание специалисты компании, — то, что речь идет о производстве в Новоуральске не поликристаллического, а технического (металлургического) кремния. Между двумя этими технологиями — пропасть.

«Получение металлургического кремния — это сухое производство, в котором химические технологии не применяются, этот способ гораздо безопаснее. Второе — требования к экологической и производственной безопасности, техническим условиям за последние годы существенно поменялись в сторону ужесточения. Нештатные ситуации сведены к минимуму: для завода закупается современное зарубежное оборудование с высокой степенью противоаварийной защиты. Будучи автоматизированным, оно исключает человеческий фактор. Поставщиками оборудования и разработчиками технологии процесса станут специалисты из Италии.

Производственный процесс заключается в следующем: по проекту выплавка на «Силарусе» будет происходить в двух рудотермических электропечах мощностью 27 МВт каждая (суммарная производительность — 36 тыс. тонн металлургического кремния в год). В них загружается кварц или кварцит и древесный уголь – щепа. Под очень высокой температурой смесь взаимодействует, получается жидкий кремний. Он выливается из печи, продувается воздухом, разливается, охлаждается и отправляется на дробление. После чего получается кремний разных фракций, его и отправляют на продажу. Планируемый объём сточных вод – не более 4700 тонн в год, при этом все они бытовые, так как само получение такого кремния представляет собой сухое производство. Вредные химические соединения не используются и не образуются. Схема полностью исключает образование производственных отходов, подлежащих захоронению, однако, как и в любом производстве, есть побочные продукты. Все участки снабжены системой аспирации, которая обеспечивает практически 100-процентное улавливание пыли. Эта кремниевая пыль, называемая микросиликой, является сырьевым компонентом для других производств. Например, если раньше в Европе для получения особо прочных марок бетона использовали переплавленный и размолотый кварц, то сегодня его с успехом заменяет микросилика. Также ее можно использовать для получения гидроизоляционных материалов, в устройстве наливных ударопрочных полов и для укрепления тоннелей метро.

Что касается экологичности, в европейских городах кремниевые заводы с аналогичным способом производства расположены вблизи городской черты и никаких волнений не вызывают, в то время как «Силарусом» проведены расчеты и обосновано, что завод по производству технического кремния относится к III классу опасности с размером санитарно-защитной зоны 300 м. Смысл санитарно-защитной зоны заключается в том, что за ее пределами воздействие на окружающую среду и физическое воздействие на население сведено к минимуму (территория находится как раз в районе Белоречки, от города далеко. — Прим. ред.)».

Проект впечатлил масштабами. И вызвал вопрос: а как без точных данных о технических параметрах проекта экологи смогли оценить масштаб рисков? И зачем, не имея точных данных о проекте, поднимать такую волну противостояния? Увы, экологический популизм сейчас в моде, а потому многие проекты срываются из-за таких настроений.

Евгений Ющук, журналист, специализирующийся на теме
промышленной экологии, эксперт конкурентной разведки:
«К сожалению, экологическая тема давно стала оружием — для борьбы с конкурентами, для лоббирования отдельных интересов. Люди, не вникая в особенности производства, поддаются запугиванию масштабной псевдо-экологической травли, которая в итоге лишает целые регионы финансовых влияний и рабочих мест. Не раз такое бывало. Хотят построить что-то – полезное, соответствующее нормативам, прошедшее экспертизы, дающее рабочие места и деньги в бюджет, но внезапно из ниоткуда появляются явно организованные толпы. В итоге строительство отменяется. А через некоторое время выясняется, что эти протесты были организованны, причём очень не бесплатно. Рядовые протестующие обижаются, говорят: «Мне никто не платил», — не понимая, что заплатили тем, кто их собрал и показал, куда прыгать и что кричать. А «пехоте» действительно не платят, она скачет «за идею», за возможность почувствовать свою значимость или просто потому, что её обманули, уверив в том, что она защищает интересы своих близких.
На самом же деле, в целом, промышленная экология сегодня развита достаточно сильно, и промышленники не только начали соответствовать новым, значительно более жестким нормативам, но нередко исправляют проблемы, созданные еще в советские времена и в 90-е – когда на экологию особого внимания не обращали».

Павел Бунеску, общественник Новоуральска:
«Удивляют такие ситуации. Сначала людям не нравится, что в 90-х все заводы рушили и ничего не строили, сейчас им не нравится, что собираются строить новые заводы, причем там, где с работой реальные проблемы. Есть несколько видов производства кремния, и то, что планируют строить у нас, судя по комментариям профессионалов, — не вредное. Стоит помнить, что это сотни рабочих мест, вклад в экономику округа и налоги, которые можно было бы потратить на развитие города».

Удручает, что на протяжении многих лет молодёжь уезжает из Новоуральска сразу после учебы в крупные города – Екатеринбург, Челябинск, Первоуральск. А ведь это грязные промышленные территории, со всех сторон окружённые предприятиями самых разных отраслей промышленности. Получается, что мы боремся против заводов и производства у себя, но едем туда, где эти заводы есть, чтобы работать на них и жить рядом. Между тем, как поясняют представители «Силаруса», при выходе на полную мощность планируется создание 420 рабочих мест (при этом в Новоуральске безработными числятся почти 600 человек), которые в перспективе можно довести до тысячи, за счёт создания дополнительного сопутствующего производства. Ожидаемая средняя зарплата сотрудника – 44 тысячи рублей, что прилично не только по новоуральским меркам.

Нужны ли нам такие предприятия? По-моему, Новоуральску, как и любому другому моногороду, нужны самые разные предприятия. Риск экономического коллапса в случае сохранения монопрофильной структуры экономики, снижение качества человеческого капитала (отток молодежи, отсутствие потребности в новых высококвалифицированных кадрах) в долгосрочной перспективе означают смерть для города. А новое производство может заметно улучшить социально-экономическую ситуацию в Новоуральске. Конечно, такое производство может быть начато, только если при рассмотрении данного проекта будут учтены мнения людей, бизнеса, местных властей, а также социальная, экологическая и экономическая значимость проекта. Вот только сосредоточиться стоит не на критике всего подряд, а на том, чтобы на предприятии были реализованы наилучшие и безопасные технологии.

«Наша городская газета»

Промышленный Новоуральск: почему городу нужны новые заводы?